О, я вам щас расскажу, какой я позавчера была ахуенной матерью года.
Неделю или больше назад ко мне подвалила #Мирюк с благой вестью, что в ее школе (напоминаю, в девочковой ульпене в Шомроне, кароч, там где у педсостава пистолетов больше, чем игрек-хромосом) будет День Матери и Дочери. В программе - концерт самодеятельности, чаепитие и совместное расписывание кофейных кружечек.
В иврите не бывает Заглавных Букв, но, судя по приглашению на красивой бумажечке, дирекция была на грани того, чтобы их изобрести.

Я отползла на противоположный край дивана и издалека потыкала страшный конверт палочкой. Пакет, к сожалению, не взорвался. И не прилетела добрая сова, чтобы забрать его обратно и запихать в эээ... в голову пославшей его МакГонагл.
Нет, я очень люблю быть матерью дочери. Ловить покемонов по пустыне, лазать где не положено, или смотреть Бесконечный поезд. И даже печь печеньки, хотя это больше по части мирючьего отца, а мне потом убирать кухню.

Но в моем понимании для идеального Дня Матери и Дочери нужна мать, одна штука, дочь, одна или несколько, и аж никак не другие тетки с их детьми, и уж точно не ивритоговорящий массовик-затейник.

- Мам, ты же пойдешь? - строго спросила Мирка, которой предполагалось и дальше учиться в этой школе и не приобрести репутацию брошенки.
- Мнэээ... пойду.. Наверное. Если школа к тому времени не сгорит, где там у вас, кстати, распределительный щиток, и хорошо ли он охраняется?
- Я могу пойти, жизнерадостно сообщила Nataly Krichevsky, которая ходила с Миркой на этот день в третьем классе, когда меня спасла температура 40,7 и полное отсутствие голоса. У нас с ней вообще дружба уже на той стадии, когда она мне может позвонить за пять минут до первого урока ее сына и заорать в трубку "Некогда объяснять, мне срочно нужен молоток-гвоздодер, костюм акулы и книжка, которую Митька месяц назад проебал у Мирки под кроватью!!!"
- Гхкм, попыталась навсегда закопаться в диван я, сорри, Натка, боюсь второй раз этот номер не прокатит. Придется ехать.

В день Дня Б-г услышал мои молитвы, на которые ответил с необыкновенным энтузиазмом, послав такой шикарный дождь, что Израиль чуть не смыло в море по самую Иорданию.

- Душа моя, дитя мое ненаглядное. Видишь чего творится, не смогу я приехать в такую погоду, да с такой видимостью, да по горному серпантину, да мимо арабских джигитов, с их лютой ненавистью к двойным сплошным линиям, которые проклятые оккупанты зачем-то малюют на дорогах. Садись на свой бронированный школьный автобус и сразу после уроков возвращайся домой. Мы прорыдаем весь вечер о том, что без мастер-класса по росписи кружечк наша жизнь будет серой и беспросветной.

Мирюк ничего не имела против беспросветности, хотя, будь ее воля, начала бы рыдать прямо с утра, минуя школу.

Но не тут-то было. Поняв, что счастливые Матери и Дочери разбегаются, точнее, расплываются по округе, дирекция начала судорожно обзванивать их лично.
- Геверет, сообщила мне директриса тоном не то сержанта, не то продавца дополнительных страховок, ты обязательно должна приехать! Твоя чудесная доченька, чтоб она была здорова, лишится лучшего воспоминания за свое детство, если не сможет вместе с любимой мамочкой послушать концерт ее одноклассниц и попить чаю в чудесной компании! Кстати, у нас будет чудесный мастер-класс по расписыванию кофейных кружечек!
- Гхкгхкм... я не очень знает иврит, моя не могать приехать, моя всего восемь лет в стране, моя позавчера умерла, а кто это говорить вообще? Связь плох, до свидания, шабат шалом, ну и что, что вторник!
- Мааам, зверским тоном перезвонила Мирка в обеденный перерыв. Они перенесли школьный автобус на после концерта, папа может меня забрать домой?
- Да нивапрос, солнце, только не пались перед выходом, жди его в классе.

Операция по вызволению малой прошла успешно, она привезла кофейную кружечку. Нерасписанную.

А на следующий день вернулась из школы мерзко хихикая: от грозы и ветра посреди концерта погас свет. На полтора часа.
И те, кто собирался уехать на автобусе, ждали его при свете аварийных фонарей. Расписывая кружечки!