Второй день ломаю голову над вопросом, кого проинтервьюировать на тему "документа Нетаниягу", тех самых 55 страниц, которые он отправил государственному контролеру. С ужасом понял, что любой, любой! – мало-мальски знающий человек будут тут же половиной читателей заклеймен, как продажная тварь. Либо за Биби, либо против него. Либо за правых фашистов, либо за левых предателей.
Может быть, именно поэтому в последние недели нет драйва делать интервью (имею в виду работу на сайте, не радио). Все потенциальные собеседники "расписаны" каждый за своим лагерем. И еще до того, как люди начинают читать текст, у них формируется мнение о нем, исходя из имени интервьюируемого. "Что может сказать хромой об искусстве Герберта фон Карояна" (с)
Но проблема, на самом деле, не только в том, как текст воспринимается. Практически невозможно найти комментатора, более знающего, чем студент первого курса факультета политологии, и при этом чистого от отношения к коалиции, оппозиции, Биби, анти-Биби. Договариваясь с людьми об интервью, обращаясь к людям за интервью, ты практически всегда знаешь, какие ответы получишь. Если не дословно, то общее направление.
И в этом, в общем базисно нет ничего плохого. Позиция есть у всех, даже у тех, кто утверждает, что у них ее нет. Открою вам секрет – она есть и у меня, и в рамках допустимого стараюсь ее не скрывать. Но начиная с юридической реформы, протестов против нее и войны, все поляризовалось настолько, что способность воспринимать заканчивается именем говорящего. А говорящие, в свою очередь, почти не выходят за рамки допустимого в их кругу.
Бесполезно жаловаться на то, что зимой холодно, а летом жарко. Все есть так как оно есть. Израиль не уникален в этом отношении, но у нас все очень остро, потому что почти всегда война. Просто все меняется быстрее, чем мы к этим изменениям приспосабливаемся. По обе стороны диктофона.
😢1