В супермаркете Йохананофф в отделе готовой еды работают эфиопы. Разумный начальник, явно потомок элиты, прибывшей в Израиль во время "операции Моше" и несколько не чрезмерно разумных его подчиненных, потомков тех, что попроще, из "операции Шломо".
Они ко мне относятся по-разному. Начальник мои эфиопские косы одобряет. Так и сказал как-то: "Кус эммек, эйх тов леха каха, ахи". ("Еб твою мать, как же тебе идет, братка"). Его работники смотрят на меня тусклыми рыбьими взглядами, в их глазах выражение такое, мол, мы бы сказали, что этот нетч культурно экспроприирует наши косы, если бы знали такие слова, но мы их не знаем, поэтому давайте все вместе будем просто пялиться на него, чтобы ему стало неловко, блин, почему ему не неловко?
В прошлый раз один из работников, опрокинул набираемую для меня банку маринованных перцев в бадью с тхиной и завис, размышляя, что же теперь делать, а может, я просто ничего не буду делать и оно как-то само всё устаканится и этот, с косами, тоже как-то рассосется равномерно по суперу. Я наблюдал за тем, как нейроны его мозга брезгливо отталкивают друг друга, и старался не улыбаться, потому что этого типа эфиопы обычно воспринимают улыбку как издевательский оскал.
И тут ко мне подкрался восточный человек в черном костюме модного сто лет назад в Литве кроя и, ощупав одну из моих кос, спросил меня, зачем у меня такое на голове. Я сказал, что это традиционная еврейская прическа. Он усомнился. Я напомнил ему, что благословенной памяти раввин-праведник Овадия Йосеф, лидер восточных людей в европейских костюмах, признал эфиопских Бета Исраэль евреями. Стало быть, их прическа - легитимная еврейская прическа и мне жаль, что у него такой нет.
Господин, краем глаза тоже следящий за тем, как эфиоп ооооченнннь медленно выковыривает перцы из тхины, оставляя оранжевые разводы, очень красивые, сказал, что никто в еврейском мире же, кроме эфиопов, так не ходит. Очень слабый довод. Я поинтересовался, знает ли он, какая прическа была у господина нашего Моше и не боится ли он, что после смерти встретит Моше с косичками и ему будет стыдно за то, что осуждал меня, своего брата-еврея, сына Царя, и, заодно и господина нашего Моше?
Ну, в общем, в ближайшее время этот господин вряд ли решится вести разговоры о внешнем виде с другими людьми. Там чистый нокаут был, я собой горд.
А перцы у них там вкусные, в Йохананофф. Я убедил эфиопа, что мне нужно в новую баночку набрать новых перцев, без тхины, эфиоп расстроился и ушел отмывать себя от тхины, а его начальник, обсуждая на арабском мате достоинства своего работника, быстро мне баночку организовал. А господин в костюме ушел куда-то, от греха подальше.
